Что такое капитализм для друзей

Экономическую систему Украины часто называют crony capitalism, то есть капитализм для друзей. Предполагается, что такая система функционирует по принципу доступа ограниченного числа людей – условной «элиты» – к национальным богатствам страны. При этом правящий класс концентрируется  в политическом и военном планах около авторитарного правителя, который, в свою очередь, выступает и арбитром межклановых споров, и гарантом (конституентом) сохранения господствующей формы правления.

крони капитализм alter idea

Однако даже быстрый взгляд по названным формальным критериям не позволяет причислить Украину к носителям идеи капитализма для друзей. Да, в Украине есть кланы, они влиятельны и, несомненно, определяют характер внутренней и внешней политики. Однако в то же время модель crony capitalism’а предполагает несменяемость верховного правителя («национального лидера» – неважно в какой должности), малотекучесть, практическую несменяемость приближенных ко двору олигархов, а также легитимацию частной собственности как базового элемента национальной экономики.

Crony capitalism, но все же…

Посудите сами. Несменяемость правителя гарантирует сохранение действующих «правил игры» и предоставленной в частные руки госсобственности», консервацию социальной системы и отсутствие общественных конфликтов. В Украине же постоянно проходят выборы. Более того, чрезмерная концентрация власти у президента, как это было на примерах Леонида Кучмы и Виктора Януковича, зеркальным образом отражается на их легитимности. Поддержка стабильности тогда уже осуществляется не за счет планового поднятия «уровня жизни» (оплаты труда, соцвыплат, льгот от государства), а вследствие концентрации полицейского ресурса, что также ведет к росту революционных настроений. Окончание правления Леонида Даниловича началось с акции «Украина без Кучмы», а Януковича – с запуском уголовного процесса против Юлии Тимошенко, когда «донецкие» позанимали все региональные должности, а отъем собственности у местного бизнеса превратили в норму государственного управления.



Далее – элиты в Украине все же меняются. Не так системно, как хотелось бы, но все же меняются. Прежде всего на общенациональном уровне. Из всех политических долгожителей, пролетевших над украинскими электоральными полями, в живых осталась только Тимошенко. Ну, может быть, еще Юрий Луценко, однако это фигура сейчас политически несамостоятельная,  потому в нашем контексте малоинтересная. Остальные либо самоустранились, либо политическая система их выкинула на свалку как отработанное сырье.

Та «элита», которую мы наблюдаем на экранах телевизора, частично сформировалась в период Оранжевой революции, частично – во время президенсттва Януковича, из которого политически мы еще не вышли. К сожалению. Мы продолжаем жить еще стандартами донецкой философии «строим новую страну» и «строим вертикаль власти», полагая, что государство, власть и страна – это одно и то же.

Читайте также:  Путину нужна вассальная Украина. Не меньше

И последнее, – как уже не раз писала Alter Idea, в Украине ни юридически, ни экономически, ни даже теоретически нет понятия «частной собственности», то есть экономического института, гарантирующего сохранение заработанного капитала и передачи его по наследству.

Больше того, наша недо-собственность даже не включена в экономический оборот. Финансовые операции с любыми активами происходят при участии государственной бюрократии и нерыночными, договорными способами. Да, ПР как правящая партия пыталась сконцентрировать у себя весь промышленный и финансовый капитал, но никто из «регионалов» не говорил о правонаследовании этих капиталов. Проще говоря, своровать очень хотелось, но легализовать богатства не очень.

В том-то и все дело, что капитализм для своих предполагает полную политическую и экономическую легитимацию. Речь идет об ограничении экономических прав и свобод граждан, а также монополизации «элитой» права на достойную и беззаботную жизнь. Подобная модель больше характерна для России, где право на получение ренты превращено в институт частной собственности, а власть – после неимоверных усилий по самоконцентрации в 2000-2004 годах – освоена группой питерско-томбовских во главе с Владимиром Путиным. Помните налеты Басаева? Именно тогда отменили выборы на региональном уровне, а государство в прямом смысле слова сжалось до личных интересов 90-100 человек, которые и управляют Россией. Так что crony capitalism – это у них, за кремлевской стеной.

Тогда вопрос: какая экономическая модель господствует в Украине?

Для этого попытаемся ответить на четыре ключевых вопроса.

  1. какова роль государства в экономике?
  2. как появляются личные состояния?
  3. что такое бизнес и чем он отличается от олигархов?
  4. как циркулируют деньги в экономике?
  5. Государство и экономика

Государство и собственность

Начнем, наверное, с базового и школьного. Отсутствие частной собственности означает, что все экономические контролируются государством, проще говоря, абсолютное большинство промышленных объектов и, соответственно, банков находятся в государственной и коммунальной собственности. При этом особой разницы между последними, учитывая структуру региональных и налоговых платежей, нет. Существует лишь формальное право получать с них частный доход, но это право теряется, если происходит полное обновление элит. Неважно каким образом, революционным или вследствие выборов, но список рентополучателей меняется, и достаточно стабильно.

Другое дело, что есть группа олигархов, сохраняющих в целом свои активы, хотя и здесь также все относительно, – примеры Коломойского, Фирташа и Ахметова говорят о многом. Вот и российско-украинская война также перетрусила список наиболее богатых людей Украины. Еще одна особенность – это региональные кланы. Отсутствие общенационального рынка и системы коммуникаций (автодороги, железная дорога, авиасообщение и т.л.) создали неплохие предпосылки для возникновения феномена «местных царьков». На их, местном уровне, наверное, мы и наблюдаем феномен капитализма для друзей. Но не на общеукраинском уровне, где, кроме институтов государственной собственности и публичных медиа (как раз реально принадлежащих олигархам через оффшорные структуры), ничего не создано. И эта видимость государства, политики и экономики как раз не позволяет адекватно отреагировать на внешние вызовы, с которыми столкнулась Украина.

Читайте также:  Как украинцам компенсируют высокие цены на газ

Личные состояния

Безусловно, они получаются за счет ренты. В основном, региональной и коррупционной связки с местными «царьками». Коррупция в Украине – это не преступление и даже не правонарушение, а «естественное» состояние экономики, когда успех или провал финансовых операций зависит от воли и персональной заинтересованности того или иного чиновника. Рыночные механизмы «перекачивали» в кабинеты распределителей потоков, ресурсов и активов. Крупные состояния в этом смысле возникли вследствие сверхэкслуатации общенациональных объектов или монополистических образований, в первую очередь, ГТС, банков и металлургических комплексов. На локальном уровне, даже если ты талантливый бизнесмен, хорошие деньги не заработаешь. Тем более, что в любой момент придут и заберут, «кому надо».

В Украине государственно-монополистическая экономика, безусловно, имеет место быть, но она, как и все остальное, как-то недоделанная. То ли постоянные выборы мешают, то ли перманентная война кланов препятствует монополизации наподобие российской, то ли всему виной украинской менталитет. «Донецкие», правда, замахнулись на национальное господство и получили в качестве ответки Революцию Достоинства.

Иначе говоря, в Украине можно создать закрытые системы локальной ренты, но не абсоютистский экономический, а тем более политический режим. Скорее, это напоминает структуру СССР с его бесконечными министерствами и ведомствами, отвечающими за свой сегмент «народного хозяйства». Или монополизированного рынка, – термин здесь не имеет значения.

Бизнес и олигархи

Бизнес в западном понимании слова – это создание нового продукта, товарной марки и сегмента рынка. Но в украинских государственно-монополистических условиях подобный подход является преступлением, «коррупцией», если хотите. Система не благоволит появлению независимых собственников, если последние не подчиняются чиновничьим правилам. Поэтому любой бизнес будут зажимать, коррумпировать и подавлять. Либо ты встраиваешься в «схемы», либо, извини, никак.

Олигархи же – это продукт договоренности между элитами, которые затем эти элиты и создают. Вот такой взаимопроникающий процесс. Отсюда и понятия «сфера влияния», и лоббистские структуры, которые подменяют собой государственные институты, и постоянно меняющиеся партии с правительствами. Проблема сегодняшней Украины состоит в том, что наметившейся в период «донецких» тренд на экономическую и политическую монополизацию сохраняется, тем более что бюрократия (сейчас БПП и окружение Порошенко) пытается администрировать политиков.

Читайте также:  После победы Трампа: сценарий для Украины

В чем состоял, пусть даже противоречивый, феномен Украины? В сосуществовании монопольной экономики и конкурентной политики. Подобное противоречие заставляло кособоко, но все же двигаться вперед, с каждым электоральным витком отказываясь от советского наследства. А сейчас политической конкуренции нет, Порошенко оказался хорошим учеником Януковича. Вопрос лишь в том, решится ли Петр Алексеевич на крупномасштабный передел собственности, как в свое время поступила Партия регионов, или же только «зачистит» политическую поляну, ограничившись спецоперациями против нелояльных олигархов.

Деньги в экономике

Здесь также все предельно просто. Существует два неиссякаемых потока. Первый – это собираемые правительством налоги, причем ответственность за сборы возлагается на вертикаль рад. Второй – распределяемые налоги, ответственные – госадминистрации, то есть президентская вертикаль. В промежутке между сбором и распределение олигархи получали свои рентные платежи как посредники между народом и властью. Вот и весь принцип. Остальное происходило в рамках конкурентной борьбы между «собирателями»-правительством и охотником-президентом. Чиновники на местах – это так, кто успел, то и украл. Сегодня же здоровой конкуренции меду государственными институтами нет, а капитализация остатков советской индустрии сведена к нулю.

Ведь как раньше было? Приходит одно правительство, со своими предприятиями и приоритетами. Бюджет перераспределяется в «их» отрасли. Далее кабмин меняется, меняется и придворная свита, которая расставляет иные приоритеты в пользу других предприятий. И так до следующих выборов.

В общем, конкуренция осуществляется не между экономическими субъектами, а в среде политиков и чиновников, то есть между ленами правящей группы. Где тут экономика? Наверное, в административных иносказаниях государственного бюджета при отсутствии «реального сектора».

Так что же получается? В Украине, в отличие от России, правящему классу не удалось выстроить удобную для них модель политического господства. То, что мы сейчас наблюдаем, – это тихое умирание УССР в его классическом советском виде. Вопрос не в попытках монополизации, а в том, что Украина нуждается в быстром цикле «тотальных» выборов на всех уровнях, как это произошло в Польше в 1989-1993 годах. Только так заработают конкурентные механизмы и в политике, и в экономике. Иначе тягучая смерть СССР будет постоянно блокировать реформы и освобождение от советского прошлого.

Короткий URL: http://alter-idea.info/?p=35166

Добавил: Дата: Май 4 2018. Рубрика: Блог-пост. Вы можете перейти к обсуждениям записи RSS 2.0. Все комментарии и пинги в настоящее время запрещены.
...

Комментарии недоступны








Погода