Нужно прекратить жить иллюзиями

Современный мир переживает исторический момент глубоких изменений, которые способны привести к дисперсии светской власти и формированию многополярного теократического порядка, в истинном смысле этого слова.

Старые иллюзии

Глобальная динамика экономического роста и развития постепенно перемещается в Азиатско-Тихоокеанский регион, что значительно уменьшает вероятность того, что Запад через свои собственные рычаги власти оказывает решающее влияние на глобальные события. Неосторожный оптимизм по поводу предполагаемого «конца истории» и выигранных у теократических режимов универсальных западных ценностей оказались совершенно необоснованными. Фиаско, которое потерпела либеральная концепция мира вскоре после распада советского блока и институционального крушения «цветных революций», привело к реабилитации традиционалистских политических систем, основанных на личной власти одного правителя. Персоналистские, они же теократические (или псевдотеократические) режимы наново делят поверхность планеты, что, в свою очередь, провоцирует геополитику в ее традиционалистском, маккиндерском измерении. 19 столетие возвращается в 21 веке.

Наблюдаемые через историческую перспективу международные конфликты продемонстрировали, что старое доброе колониальное противостояние никуда не делось, оно не испарилось в печах Освенцима и Бухенвальда, хотя мы и живем иллюзиями ценностно-ориентированной конкуренции между цивилизационными «островами». Мы продолжаем наивно думать, что идеи возьмут верх над ресурсами, экстерриториальное развитие сменится цифровой эпохой, а глобальный рынок приведет к преодолению враждебности между традиционными врагами. Но геополитический пузырь, раздутый наивными иллюзиями, что мир изменится к лучшему, с треском лопнул в Сирии, Йемене и в Крыму. Уже очевижно, что государства перестают существовать как базовые стейкхолдеры прав человека и — одновременно – гаранты своих же международных обязательств. Тенденция разрушения системы международного порядка уже четко обозначена, а вот черты нового, теолого-цифрового (симбиоз телогического и цифрового) миропорядка еще не прорисованы. Взаимный обмен, влияние и опыт бесполезны и лишние с точки зрения конструирования новейших политических режимов. Общества восстали против элит, тогда как элиты продолжают воевать между собой, пытаясь сохранить привычный политический, экономический и медийный инструментарий контроля над этим же обществом. Сложнейший клубок противоречий, распутать который способна только новая мировая война.

От такого сценария предупреждают только временные международные альянсы. Классический пример — вынужденное сотрудничество западной и исламской цивилизаций в решении проблем на Ближнем Востоке. Но ИГИЛ закончится. Что тогда? Тогда возникнет ИГИЛ-2, но уже в новой версии, охватившей весь исламский  мир. Хантингтон был прав, но он оказался слишком большим оптимистом.

Конфронтация как шанс на выживание

Международная конфронтация может быть определена как «борьба за господство в формировании основных принципов организации будущей международной системы.» Новые вызовы, основанные на цивилизационной дисгармонии, ставят под сомнение саму основу международного порядка. Цивилизационные различия лежат в разных модальностях одних и тех же институтов, — принцип универсализма полностью нивелирован. Иными словами, национальные и религиозные ценности сильнее институтов и права. Более того, цивилизационные различия в рамках одной и той же политической конструкции конструируют несовместимые идентичности по отношению к внешним врагом. После выхода из транснациональных идеологических предпочтений, религии вновь превращаются в твердыни идентичности – и уже не этнической, политической, национальной. Примеры – та же Сирия и Евросоюз, где традиции и исторический опыт берут верх над экономическими свободами и личной безопасностью. Не говоря уже о России, взявшей курс на построение «православного халифата».

Новые геополитические и идеологические основы международной конфронтации породили новую форму прокси-конфликта с элементами религиозно-сектантских противоречий. Такая тенденция отрицает – в гегелевском значении – привычный нам мир и направляет его в новый миропорядок, где нам предстоит жить, соседствуя с взаимоисключающими точками соприкосновения, которые одновременно демонстрируют историческую преемственность и природу старых конфликтов. Такие примеры, как арабский мир после «арабской весны», идеологические конфликты в Латинской Америке, поликультурные тенденции в Европе говорят в пользу подобного предположения.

Крах аргентинской и колумбийской традиционной государственности вводят теологию в качестве ключевого элемента в понимании освобождения  латиноамериканской цивилизации, спровоцировавшей активизацию доктрины Монро с последующим разжиганием идеологических конфликтов времен холодной войны. К сожалению, Европа не является в этом отношении исключением. Клерикальные неототалитарные тенденции в Польше и Германии реабилитируют континентальную геополитику в Восточной Европе и играют в пользу военного сценария перераспределения сфер влияния в этом регионе.

Короткий URL: http://alter-idea.info/?p=19168

Добавил: Дата: Фев 10 2017. Рубрика: Дискуссия free. Вы можете перейти к обсуждениям записи RSS 2.0. Все комментарии и пинги в настоящее время запрещены.
Loading...
Загрузка...

Комментарии недоступны

Загрузка...
Карта сайта
Войти | Дизайн от Gabfire themes