Меню

Система региональной власти в Германии, Великобритании и США

Ведущие страны Запада — Германия, Великобритания и Соединенные Штаты — имеют большой опыт в организации федерального устройства. Впрочем, при одинаковом общего принципа делегирования полномочий на места в этих трех стран федерализм имеет различные очертания.

Эхо разделения

Централизованной Германия не была никогда — даже в период Третьего Рейха, когда фюрер всячески пытался объединить ее народ ради победы в войне. Федерализм на немецких землях прочно закрепился еще во времена Священной Римской империи, которая, по сути, была даже не единым государством, а просто конгломератом малых графств и свободных городов. Некоторые из них, совсем маленькие, можно было пройти пешком за день. Именно такие исторические реалии обусловили современную систему государственного устройства с тремя уровнями: федеральным, земельным и местным, при которой особенно важными для каждого гражданина являются два последних. Бундестаг, безусловно, играет важную роль, принимая федеральные законы, однако управлением на местном уровне всегда занимается совет земель и городов. Конституция Федеративной Республики Германия с 1949 года четко распределяет эти компетенции.

Согласно ей, центральные органы власти владеют исключительными полномочиями и законодательными инициативами в сферах обороны, внешней политики, транспорта и коммуникаций, а также валюты. В областях здравоохранения, общественного благосостояния, защиты прав потребителей и управлении земельными ресурсами полномочия разделены между центральными и местными органами власти. Последние имеют исключительные компетенции в сферах охраны окружающей среды, регионального планирования, регулирования публичных услуг и, что самое интересное, масс-медиа. Именно этим, кстати, частично объясняется тот факт, что большинство ведущих немецких СМИ базируются в свободном городе Гамбурге: это и еженедельник Der Spiegel, и газеты Die Zeit и Die Welt.

Ведущая роль федеральных земель непосредственно влияет и на партийную систему страны. Учитывая определяющую роль местных парламентов — ландтаги и штадтратив — выборы в них считаются не менее важными, чем федеральные — в Бундестаг. Незаурядная значимость местных выборов добавляет веса партиям, которые вряд ли имели бы такой успех в централизованном государстве. Два яркие примеры — «Левые» и Христианско-социальный союз.

В партии «Левые», которая является идейным наследником Социалистической единой партии Германии, привлечь силы ГДР к воссоединению страны, очень прочные позиции в восточных землях. Стратегия политсилы имеет поддержку среди жителей этих регионов, которые до сих пор страдают от наследства ГДР — социальных и экономических проблем. На последних выборах в Тюрингии местному отделению «левых» удалось получить второе место, проиграв только Христианско-демократическому союзу, который имеет несравненно больше ресурсов для проведения избирательной кампании. Этот успех позволил лидеру тюрингских «левых» Бодо Рамелов стать премьер-министром земли, а это уже прямая дорога в Бундесрат (верхнюю палату германского парламента) и гарантированный один из шестнадцати голосов там. Сильные позиции на Востоке обеспечили «Левым» 11,9% голосов на выборах в Бундестаг в 2013 году и сделали их третьей политической силой в немецком парламенте. Христианско-социальный союз, неотъемлемая часть блока ХДС / ХСС, имеет очень сильные позиции в земле Бавария, которая является самой большой и богатой в стране. ХСС ограничивает свою деятельность исключительно этим регионом, но приобретает на каждых выборах убедительную победу: с 1958 года партия не получала менее 40% голосов, а в большинстве случаев брал и более 50%. Именно этот неизменный успех в Баварии и дал Христианско-социальному союзу билет в блок с Христианско-демократическим.

Притяжения традиции

Британский политический аналитик Эндрю Ровнсли в одной из своих статей для издания The Guardian заметил: «После Второй мировой войны Великобритания сделала все, чтобы ввести в Германии федералистский государственное устройство, однако до сих пор не смогла дать его себе».

Ровнсли, конечно, несколько преувеличивает: федерализм в Соединенном Королевстве присутствует, хотя действительно не настолько развит, как немецкий, и это тоже обусловлено историческими особенностями. Там есть четыре субъекта федерации: Англия, Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия. У каждого из них (кроме Англии, находится под прямой юрисдикцией британских парламента и правительства) есть парламент и кабинет министров. Англия, Шотландия и Уэльс имели свои парламенты в Средневековье, однако последние были ликвидированы в течение XVII-XVIII веков, а 1801 начал действовать единый Парламент Соединенного Королевства. Получили они их обратно сравнительно недавно, в 1998 году, в результате реформы децентрализации, которую воплотил правительство лейбористов во главе с Тони Блэром, однако британцы чаще называют ее деволюцией Королевства. И реформа была одним из центральных пунктов предвыборной кампании Блэра, благодаря которой он получил большую поддержку в регионах.

Несмотря на формальную децентрализацию, все основные рычаги власти пока остаются в руках центральных органов. Местные — не имеют исключительных полномочий. И права у них неравные: если Парламент Шотландии ограниченные полномочия в сферах местного самоуправления, образования, сельского хозяйства и транспорта, здравоохранения и окружающей среды, то Парламент Уэльса может лишь вносить поправки к законам, принятым в Вестминстере, касающиеся этого региона . При такой системе общенациональные политические партии и в дальнейшем доминируют в регионах, хотя в последнее время набирает силу обратная тенденция. Национальная партия Шотландии выиграла выборы 2011 года, что подтолкнуло к прошлогоднему референдуму и позволило ей выиграть 55 мест в британском парламенте на выборах в мае этого года. Партия Уэльса и ирладская «Шинн Фейн», которые тоже хотят независимости территорий, пока не имеют такого успеха, однако в будущем это может измениться. Шотландский референдум хоть и не дал ожидаемого результата, однако активизировал диалог о дальнейшей децентрализации между британским правительством и местными властями. Дэвид Кэмерон пошел на переговоры с премьер-министром Шотландии Алексом Салмондом, во время которых пообещал расширение полномочий местных кабинета министров и парламента, в частности в сборе и перераспределении налогов, если шотландцы решат остаться в Соединенном Королевстве. Продолжение, похоже, следует ожидать в ближайшем будущем. После прихода к рулю Лейбористской партии Джереми Корбина, сторонника деволюции, этот вопрос поднимут в ходе следующей избирательной кампании. Именно тогда политическим силам Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии выпадет возможность завоевать больше полномочий для местных властей, однако для этого им все-таки придется идти на переговоры с двумя основными политическими силами: лейбористами и консерваторами.

Соединенные Штаты Америки

Федерализм был определяющим принципом построения США со времен борьбы британских колоний за независимость, и эта линия только прояснилась после гражданской войны. В современном состоянии Штаты показывают, каким образом при двухпартийной системе, как и в бывшей метрополии, может развиться совсем другая система государственного устройства. Интересно, что само слово «федерализм» ни разу не фигурирует в Конституции Соединенных Штатов, однако все его признаки там закреплены. В Основном законе выделено четыре типа полномочий. Делегированные полномочия — это те, которые имеет федеральное правительство (в сферах внешней политики, внутренней и международной торговли, финансов и валюты, армии и интеллектуальной собственности). Органы местной власти получают резервированные полномочия в сферах локального законодательства, образования и полиции. Cупровидни — принадлежат одновременно федеральной власти и институтам штатов: это налоговая и судебная сферы, а также строительство дорог и коммуникаций. В конце концов, существует особая группа ожидаемых полномочий: Конгресс имеет право утверждать законы по «неопределенной» сфере, если они «необходимы и конституционные». Для примера: Конституция США определяет право Конгресса регулировать внутреннюю торговлю, однако ничего не упоминает о общенациональном уровне минимальной зарплат ы. Когда Конгресс его определяет, штаты могут устанавливать более высокий уровень по отношению к национальному, но не наоборот.

Каждый из штатов имеет три полноценных ветви власти. Законодательную представляет парламент, который может иметь разные названия. Где-то это просто парламент, кое-где он называется генеральной ассамблеей и тому подобное. Исполнительную власть в каждом штате осуществляет губернатор. Впрочем, на этом сходство заканчивается, ведь каждый губернатор может строить систему правительства по собственному желанию, свободно создавать нужные и закрывать ненужные департаменты. Юридическая ветвь власти представлена ​​разветвленной системой судов от обычных, которые в США называют trialcourts, к верховному в каждом штате. Такая развитая система местного управления приводит к тому, что штаты часто имеют характерные особенности в области законодательства. Скажем, в некоторых из них губернатор может занимать должность только два срока, в других такого ограничения нет. Еще один пример: в 20 штатах легализовано марихуану, однако в остальных 30 через ее употребления могут быть проблемы с полицией. В разных штатах может быть отличная система налогообложения. Единственное требование к местной власти при разработке законов: они не должны противоречить федеральному законодательству и Конституции. В США в отличие от Германии и Великобритании полноценно функционирует только две партии: Демократическая и Республиканская. Соответственно они и представлены на всех уровнях власти и ведут между собой борьбу за каждый отдельный штат. Выборы в штатах и ​​дальнейшее управление в Америке часто называют «школой президентов», ведь каждый губернатор — это, по сути, глава государства в локальном масштабе. В большинстве случаев хозяева Белого дома были сначала конгрессменами, затем губернаторами и только потом баллотировались на федеральных выборах. Кандидатов часто оценивают с точки зрения «родного штата»: за их деятельностью в губернаторском кресле и местными особенностями можно делать точные прогнозы относительно будущей политики выдвиженца на посту президента.

Источник: Полтавская правда

Добавил: Alter Idea Дата: 2015-10-27 Раздел: Госстрой