Меню

Патриархальный остров Украина

В Киеве вовсю проходят митинги в поддержку реформ. Не то, чтобы они бушуют, но выдвигаемые Михеилом Саакашвили и К требования в определенном смысле напоминают революционные демарши малообразованных юнцов. Происходящее похоже на театр абсурда: нужна большая политическая реформа? Хорошо. Переход к пропорциональной системе выборов, снятие депутатской неприкосновенности, создание Антикоррупционного суда, - дело необходимое, но что будет дальше? украинаВ условиях, когда сохраняется командно-административный советский принцип государственного управления, когда налоговые и контролирующие органы превращены в касту опричников времен Ивана Грозного, а политические институты парализованы кучмовско-медведчуковской реформой 2004 года, все благие намерения упираются в дорогу в ад, ведущей в администрацию президента. Равным образом потому, что парламент, правительство, областные и районные администрации интеллектуально и бюджетно завязаны на АП, и без персонального кивка главы государства ни одно решение в стране не принимается. Даже если экс-губернатору Одесской области удастся что-то пробить, реформы все равно увязнут в бюрократическом болоте, потому что власть не способна осуществить базовую методологическую перестановку: ликвидировать командно-административную (патрон-клиентскую, иерархическую) систему, а на ее месте создать легитимные органы власти. Прав был товарищ Сталин, - главное, не как голосуют, а как считают. Так и здесь: нужно смотреть не как избирают, а как формируют структуры, принимающие реальные политические и экономические решения. Ведь ни для кого не является секретом, что эти самые структуры не имеют никакого отношения к Government Relations, а президентская администрация продолжает выполнять функциональные обязанности ЦК КПСС. Мы все еще продолжаем жить в УССР, и это не смотря на две «революции», прошедшие за последние 13 лет. Провальные революции, с точки зрения общественного развития. Все это не отрицает требования общественного давления на власть. По сути, такое давление нужно только усиливать, иначе Украина по-прежнему будет пребывать в советском инститциональном болоте, а все «реформы» сведут к перестройке господствующей системы. Мы не вышли из горбачевской перестройки, не осознали времени наступления несоветской, нероссийской государственности. Да, Украина – это государство, но государство без государственности. Проблема новых реформаторов состоит в том, что они не предлагают никакой идеологической альтернативы. Реформирование ради реформирования мы уже проходили. И толку? Должен ведь быть конечный путь реформаторства, но его не видно. Как не видно и альтернативы – институциональной модели, конструкции власти, социальной структуры, модели экономического поведения, геополитического позиционирования, гражданских ценностей. Поэтому и власть, и оппозиция продолжают барахтаться в болоте коллективного бессознательного, затягивая украинское общество в собственные межгрупповые разборки. Первое, что нам необходимо, - понять, какая социальная теория нам необходима. А для этого нужно ответить на три простых вопроса: как работает общество? Как соотносятся общество и государство? Каковы необходимы социальные перемены? Когда будут получены ответы, тогда и запустится маховик реформ. До тех пор мы будем наблюдать только драки в Раде, попытки президента узурпировать власть, намерения оппозиции переиграть ситуацию и снова оказаться у разбитого бюджетного корыта… Второе – это нормальное политологическое и юридическое образование. Не смотря на то, что государство постоянно заставляет нас сталкиваться с социальной несправедливостью и собственной политической ничтожностью, большинство людей не понимают, как работает бюрократическая машина, избирательная система, что такое партии и для чего они нужны, что такое громады и местное самоуправление, какие существуют права человека и как их защитить. Это только часть пробелов гуманитарного образования, которые не восполняются ни школой, ни университетом. Люди до сих пор ищут, кому пожаловаться, до них не доходит, что свои права нужно защищать, что есть социальные интересы и эти интересы определенным образом интегрируются в то, что мы называем «политическая система». Проще говоря, в Украине до сих пор не сформировано со-общество граждан, есть только бесправное население. И это бесправное скотское состояние догосударственности (полностью в духе российской модели единоличного монаршего управления) активно поддерживается украинским правящим классом. В условиях войны это называется колаборционизмом. Третье - люди хорошо знают свой собственный опыт. Наш личный опыт - ценный источник информации о том, как работает наше общество, по крайней мере, для большинства людей. Беда лишь в том, что сам опыт операционализируется в лекалах советской пропаганды и отечественного образа социальной жизни. Это как на необитаемом острове, на котором поселили стандартных людей со стандартным социальным опытом и примерно сопоставимыми ценностными установками. Эти люди знают, что где-то есть друга жизнь, функционирующая по совершенно иным правилам. Но что это за правила – для них катастрофа, так как любые изменения ведут к разрушению персонального удобного мирка. Отсутствие же механизмов социального регулирования приводит к моральным и поведенческим конфликтам, «поселенцы» начинают выживать так, как они умеют, «выжирая» друг друга. Вся проблема в том, что такое со-общество также представляет собой некую искусственно упрощенную политическую конструкцию, лишенную инструментов социальной самоорганизации. Что естественным образом приводит к включению иных, вне-социальных механизмов – сакрализации, ведьмовствву, манипулированию сознанием и т.д. «Бабка» подменяет чиновника, а попы – вне зависимости от церковной принадлежности – власть. Происходит легитимация на уровне древнейших сакрализированных институций, которые не в состоянии перерасти в государственную машину. Что с этим делать – большой вопрос, ибо патриархальный остров Украина самоотрицает право и институты как предусловие любых социальных перемен. Четвертое – любая социальная теория нуждается в гражданских радикалах. Все общества консервативны, люди не хотят перемен. Они естественным образом оценивают уровень жизни по состоянию собственного кошелька и мгновенного привыкания к свободе. Социализм и капитализм идут рядом друг с другом. Личные оценки социалистичны, так как оценивается личное благосостояние, а общие интересы капиталистичны вследствие того, что они предлагают классовую самоорганизацию по наиболее прагматичным критериям. Так возникает общественная семантика, которая постепенно сформирует наиболее адекватное понимание власти и государственного управления. Но для этого нужно, чтобы ушел и старый правящий класс, и старое государство. Пока что ситуация такова: общество понимает, что нужны перемены, но для чего – нет общего понимания, действующий ранее социальный контракт разрушен. Теперь либо через внешнее давление и выбор империи – либеральной европейской или фашистской российской, - или же поиск новейшей модели самоорганизации. Времени для второго сценария, правда, не осталось.
Добавил: Alter Idea Дата: 2017-10-19 Раздел: Блог-пост
в начало