Меню

Илларионов считает, что Путин достиг планируемого результата, когда сбили MH17

Три года назад, 17 июля 2014 года, над оккупированными районами Донецкой области из зенитного ракетного комплекса «Бук» был сбит малайзийский Boeing, следовавший рейсом Амстердам — Куала-Лумпур. Все 298 человек, находившихся на борту, среди которых 83 ребенка, в том числе три грудничка, погибли. Уничтожение пассажирского авиалайнера — не роковая ошибка боевиков, а спецоперация Кремля, заявил старший научный сотрудник Института Катона в Вашингтоне, аналитик Андрей Илларионов. Он убежден: из 17 рейсов, оказавшихся в зоне поражения «Бука», руководство РФ выбрало именно борт с европейцами, гибель которых заставила бы лидеров ЕС надавить на президента Украины Петра Порошенко и остановить наступление сил АТО. «Если бы был сбит российский, украинский, любой другой рейс из стран СНГ, по большому счету Европу это не сильно озаботило бы», — подчеркнул Илларионов. гибель MH17

«Кремлю было удобнее иметь дело с расследованием крушения пассажирского самолета, принадлежавшего более «слабой»

— На протяжении трех лет вы последовательно отстаиваете версию, согласно которой сбитый малайзийский Boeing — это не роковая ошибка российских боевиков, а спланированная спецоперация: якобы Кремлю был нужен именно пассажирский борт «Малайзийских авиалиний». Почему? — В принципе, нельзя полностью исключить вероятность того, что пассажиры еще двух международных рейсов, пролетавших 17 июля 2014 года над Донбассом, могли стать жертвами теракта. Но крушение самолета, следовавшего из Амстердама в Куала-Лумпур, наилучшим образом решало военно-политические задачи, поставленные Кремлем при планировании и осуществлении этой спецоперации. — Почему спецоперация понадобилась российскому руководству именно в середине лета 2014-го? — К этому времени проект «Новороссия», нацеленный на недопущение интеграции Украины в западные экономические, политические и военные союзы, находился на грани полного краха. Украинские войска вели успешное наступление, последовательно освобождая территории, захваченные сепаратистами. Еще несколько недель — и от «Лугандонии» остались бы только исторические воспоминания. Чтобы спасти ее от полного и окончательного разгрома, надо было остановить наступление сил АТО. К середине июля выяснилось, что:
  • военное сопротивление сепаратистов тает на глазах;
  • дипломатическое давление Запада на Киев, осуществлявшееся через Ангелу Меркель, Франсуа Олланда и прочих западных лидеров, оказалось неэффективным;
  • прямое полномасштабное вторжение регулярных российских войск в Украину в тот момент было признано нецелесообразным.
Необходимо было найти иное средство, способное, по замыслу Кремля, шокировать сонную до тех пор европейскую общественность с тем, чтобы она, ужаснувшись крушению гражданского борта и гибели его пассажиров, жестко потребовала бы от своих правительств оказать какое угодно давление на руководство Украины, чтобы оно немедленно прекратило наступление сил АТО. Таким «эффективным» средством в который раз (увы, не в первый и не в последний) стал террористический акт — сбитый малайзийский Boeing. — Согласно международному расследованию, российский «Бук-М1» прибыл в украинский поселок Первомайский около 13.00, запустил ракету и примерно в 18.30 у.е.хал. За эти пять с половиной часов в зоне досягаемости «Бука» был 61 гражданский борт. Почему же целью кремлевской спецоперации стал именно малайзийский рейс Амстердам — Куала-Лумпур? — Из этих шести десятков рейсов только 17 проходили над местом будущей катастрофы, передвигаясь с севера, северо-запада, запада на юг, юго-восток, восток. Именно эти направления движения можно было бы (при желании) представить в качестве угрозы сепаратистам со стороны Вооруженных Сил Украины. Список этих рейсов выглядит так: 1. 13.32 Emirates 242 Toronto — Dubai 2. 13.38 UIA 515 Kiev — Tbilisi 3. 13.49 Austrian 659 Vienna — Rostov 4. 14.17 Qatar Airways 178 Oslo — Doha 5. 14.32 JET 229 Brussels — Delhi 6. 14.45 Zabaikal Airlines 703 Kharkov — Yerevan 7. 14.52 Jet 119 London — Mumbai 8. 15.00 Lufthansa 758 Frankfurt — Madras 9. 15.18 SIA 323 Amsterdam — Singapore 10. 15.37 no data 11. 15.48 Air Astana 904 Amsterdam — Atyrau 12. 16.00 Lufthansa 762 Munich — Delhi 13. 16.19 Malaysian 17 Amsterdam — Kuala-Lumpur 14. 16.27 EVA 88 Paris — Taipei 15. 16.38 SIA 333 Paris — Singapore 16. 17.09 Emirates 158 Stokholm — Dubai 17. 17.11 no data Два из этих 17 рейсов не были идентифицированы (no data). Из оставшихся 15 рейсов один осуществлялся украинской компанией, один — казахстанской, один — российской. Эмоциональный и политический эффект от гибели этих самолетов и их пассажиров на европейское (западное) общественное мнение был бы минимальным. Он был бы, возможно, недостаточным также и при крушении самолетов, вылетавших из норвежского Осло, австрийской Вены, шведского Стокгольма. Из оставшихся девяти рейсов шесть были неприемлемыми для Кремля по геополитическим причинам, поскольку они вылетали из аэропортов стран «Большой семерки»: Канады (из Торонто), Великобритании (из Лондона), Франции (два из Парижа) и Германии (рейсы из Франкфурта и Мюнхена). Таким образом, оставались лишь три рейса, вылетавших из столиц стран — членов НАТО, не являющихся членами клуба G7: 1. 14.32 JET 229 Brussels — Delhi 2. 15.18 SIA 323 Amsterdam — Singapore 3. 16.19 Malaysian 17 Amsterdam — Kuala-Lumpur Поэтому жертвами спланированного Кремлем теракта могли, в принципе, стать пассажиры любого из этих трех рейсов. Однако по ряду политических и личных причин рейс, вылетавший из Амстердама в Куала-Лумпур, для руководителей террористов был, очевидно, предпочтительнее. — Почему? — Потому что рейс Брюссель — Дели выполняли индийцы, рейс Амстердам — Сингапур выполняли «Сингапурские авиалинии», а рейс Амстердам — Куала-Лумпур — «Малайзийские авиалинии». Иными словами, расследование уничтожения делийского или сингапурского рейсов должны были бы вести власти Индии или Сингапура. Кремль понимал, что политический вес Индии и Сингапура больше, а потенциал их воздействия на неизбежное международное следствие выше, чем у Малайзии. Поэтому Кремлю было удобнее иметь дело с расследованием гибели пассажирского самолета, принадлежавшего более «слабой» в политическом отношении Малайзии.

«Кремль тщательно готовил операцию информационного прикрытия, подталкивая общественность к версии «ошибка террористов», или «обезьяна с гранатой»

— Может, не стоит разводить конспирологию и чересчур демонизировать Кремль, приписывая ему столь продуманные спецоперации? Версия «обезьяна с гранатой», впервые озвученная российской журналисткой Юлией Латыниной, кажется более правдоподобной. Произошла роковая случайность: боевики планировали сбить украинский военный самолет, но попали в гражданский. — Практически одновременно с трагедией Кремль вбросил в информационное пространство именно эту версию. В моем списке из трех основных обсуждаемых версией она называется версией № 1 — «ошибка террористов», или «обезьяна с гранатой». Кремль тщательно готовил эту операцию информационного прикрытия. С самого первого репортажа LifeNews о «сбитом ополченцами украинском Ан-26» Кремль бесцеремонно подталкивает общественность к восприятию именно этой версии. Но никакой «ошибки террористов» не было и быть не могло. Вот почему: Первое. Из обнародованных к настоящему времени докладов Bellingcat, нидерландского Совета по безопасности и международной команды следователей мы точно знаем, что малайзийский Boeing был сбит российским зенитным ракетным комплексом «Бук-М1» из 53-й зенитной ракетной бригады ПВО, дислоцирующейся в Курске. Согласно проведенному расследованию, в 20-х числах июня 2014 года из Курска вышел дивизион ПВО, то есть не одна машина, а минимум шесть: пусковые установки, командные и заряжающие машины, а также передвижные радиолокационные станции. Однако границу Украины пересек лишь один зенитный ракетный комплекс «Бук-М1». Если бы российские власти действительно ставили задачу «защитить небо Донбасса от украинских военных самолетов», то они переправили бы на территорию Украины не одну машину, а хотя бы один дивизион, к тому же уже подогнанный к границе. Но этого не сделали. Второе. СБУ обнародовала перехваченный телефонный разговор между террористами с позывными «Бурят» и «Хмурый», который состоялся в 9.22 утра 17 июля, за семь часов до уничтожения Boeing. «Хмурый» — это Сергей Дубинский (псевдоним Петровский), офицер российской военной разведки ГРУ и бывший заместитель «министра обороны «ДНР». Он спрашивает «Бурята»: «Ты мне одну или две привез?» Тот отвечает: «Одну, потому что там пошла непонятка. Сгрузили и своим ходом пригнали». То есть из Курска действительно вышел дивизион. «Хмурый"-Дубинский-Петровский ожидал перехода границы как минимум двумя «Буками». Однако на самом деле границу перешла только одна установка. Одновременно с этим руководство спецоперации запустило дезинформационную кампанию с целью убедить всех, в том числе рядовых террористов: у сепаратистов теперь появились свои «Буки». Но через границу перебросили только одну машину. Этого было явно недостаточно, чтобы сколько-нибудь эффективно защитить «Лугандонию» от украинской авиации. Третье. «Бук» был направлен в самый глухой тыл «Лугандонии» рядом с российской границей. Если на карту территории, контролировавшейся тогда боевиками, наложить зону поражения ракетами «Бука», дислоцированного в Первомайском, то окажется, что минимум треть площади, которую «защищал» «Бук», оказалась не в «Лугандонии», а в России. Согласитесь, довольно нелепо переправлять «Бук» в «ДНР» для того, чтобы оттуда защищать воздушное пространство России. Для «защиты неба Лугандонии» размещать машину так близко к российской границе не было никакого смысла. Если бы ставилась задача по поражению украинских военных самолетов, то надо было бы везти «Бук» в северную, северо-западную или западную зоны боевых действий. Именно там в июле 2014-го шли наиболее ожесточенные бои, именно те районы чаще всего подвергались атакам украинской авиации, именно там имелся шанс сбить украинские военные самолеты. Вместо этого «Бук» загнали в самый глухой угол сепаратистской территории, откуда его ракеты в принципе не могли достичь северных, северо-западных, западных границ зоны АТО. Совершенно очевидно, что руководство запланированной спецоперацией не собиралось использовать «Бук» для защиты сепаратистов от «бандеровских» самолетов. Четвертое. 17 июля 2014 года над «Лугандонией» не состоялось ни одного пролета украинских военных самолетов, потому что накануне на высоте 6—8 километров был сбит украинский Су-24. До выяснения обстоятельств этого инцидента военное командование Украины запретило поднимать в воздух свои самолеты. — Это было официальное заявление украинской стороны. — Верно. Независимый исследователь не должен доверять только одной стороне. Пришлось внимательно просмотреть сводки сепаратистов за этот день: ни в одной из них не говорилось о полетах украинской авиации. Хотя и до, и после 17 июля информационные ресурсы боевиков постоянно писали: мол, хунта опять налетела, опять бомбила. Пятое и последнее, почему версия «обезьяна с гранатой» несостоятельна. Если бы у командования «Бука» была задача охранять небо «Лугандонии», то после пуска первой ракеты ЗРК остался бы на территории сепаратистов. Несмотря на трагедию, террористы тогда пожали бы плечами: дескать, неприятно, промахнулись, сбили гражданский рейс. Но защищаться от налетов украинской военной авиации все равно нужно. Тогда бы «Бук» или оставили на прежнем месте, или переправили в новый район, в котором он в последующие дни дожидался бы прилета украинских самолетов. Вместо этого сразу же после своего единственного залпа зенитный ракетный комплекс с оставшимися тремя ракетами снялся с места и немедленно, в ночь с 17 на 18 июля, вернулся в Россию. Почему? Потому что цели сбивать украинские военные самолеты у него в принципе не было. У российского «Бук-М1» в Донецкой области была только одна цель — пассажирский самолет, скорее всего, малайзийский Boeing. Именно поэтому комплекс с ракетами привезли не на передовую, а в тыл — в ту самую точку, над которой проходил маршрут рейса МН17. Именно поэтому была выпущена одна, а не четыре ракеты. Именно поэтому после выполнения боевого задания, поставленного Кремлем по уничтожению пассажирского Boeing, «Бук» немедленно вернули в Россию. «Версия СБУ, что боевики перепутали населенные пункты, не выдерживает критики. Полковник ГРУ „Хмурый“, отвечавший за дислокацию „Бука“, родом из Донбасса, прекрасно ориентируется в тех местах» — Допустим, первая версия — «обезьяна с гранатой» — несостоятельна. Но почему вы отметаете версию тогдашнего главы СБУ Валентина Наливайченко? Он утверждал, что из «Бука» планировали сбить российский пассажирский самолет: якобы это создавало casus belli и дало бы Путину юридическое право ввести в Украину войска. Но, по словам Наливайченко, российский военный экипаж, управлявший «Буком», запутался в местности и вместо села Первомайское Ясиноватского района привез машину в пгт Первомайский Снежнянского горсовета. — Действительно, из шести десятков рейсов, пролетевших 17 июля с 13.00 до 18.30 над зоной боевых действий, 26 рейсов были осуществлены российскими авиакомпаниями. Если задача командования террористов состояла бы в том, чтобы сбить российский самолет с российскими гражданами на борту, летевший из или в российский аэропорт (что можно было бы представить в качестве так называемого casus belli), то это можно было сделать без особого труда 26 раз. Однако не случилось ни разу. Рассмотрим эту версию СБУ: командование в Москве якобы планировало сбить российский рейс SU2074 Москва — Ларнака, для чего надо было привезти «Бук» в село Первомайское Ясиноватского района (примерно в 20 километрах к северо-западу от Донецка), но «случайно» исполнители перепутали и приехали в пгт Первомайский Снежнянского горсовета (примерно в 80 километрах к юго-востоку от Донецка). Это нелепая версия. Во-первых, из северо-западного Первомайского ракета не могла бы достать до пролетавшего российского самолета. Рейс Москва — Ларнака проходил примерно в 50 километрах от села Первомайское, в то время как максимальный радиус действия «Бук-М1» — 35 километров. То есть по своим тактико-техническим характеристикам эта установка, находившаяся в Первомайском, в принципе не могла сбить рейс Москва — Ларнака. Чтобы хотя бы теоретически достать самолет «Аэрофлота», «Бук» надо было везти не в село Первомайское, а в город Красногоровку, что находится примерно в 15 километрах к юго-западу от Первомайского. Тогда, выходит, что боевики перепутали не только восток с западом, но и Первомайский с Красногоровкой? Но даже тогда ЗРК действовал бы на пределе своих технических возможностей, поскольку рейс Москва — Ларнака был в пределах досягаемости «Бука» в течение лишь нескольких секунд. Сбить аэрофлотовский рейс было практически невозможно. Но более важной причиной нереалистичности этой версии было другое. В течение нескольких дней, предшествовавших 17 июля, и Красногоровка, и северо-западное Первомайское находились под обстрелом украинских войск, которые вели активное наступление. По всему западному периметру «ДНР» шли ожесточенные бои. Сепаратисты начали эвакуацию своих людей не только из Красногоровки, но даже из Донецка: тогда они не были уверены, что удержат эти города. То есть 17 июля направлять «Бук» на северо-запад и запад от Донецка — это было бы все равно, что почти гарантированно подвергнуть установку уничтожению или, хуже того, передать ее наступающим украинским войскам. Поэтому Кремль не планировал везти «Бук» в село Первомайское Ясиноватского района и сбивать российский рейс. Во-вторых, не выдерживает критики «обоснование» СБУ, будто бы военные перепутали два населенных пункта. «Хмурый"-Петровский-Дубинский, отвечавший за дислокацию «Бука», был полковником ГРУ Генштаба (сейчас — генерал-майор). Он сам родом из Донбасса, это его родные места, он прекрасно в них ориентируется. Судя по перехваченным телефонным переговорам, ЗРК «Бук» шел в сопровождении танков батальона «Восток». Их экипажи, по крайней мере частично, состояли из местных. Во время движения колонны сепаратисты регулярно связывались с командованием и уточняли, куда следует прибыть им и «Буку». Если бы была обнаружена ошибка, ее тут же исправили бы и перенаправили бы ЗРК в другое место. В-третьих и в-главных: для осуществления массированного вторжения в Украину, если бы такое решение было принято, Путину не нужен был никакой casus belli. Для вторжения нужно было бы иметь лишь достаточное количество войск, боеприпасов, горючего, продовольствия, вспомогательной техники. Но таких сил на границе России и Украины в то время не было. «10 тысяч убитых украинцев не взволновали президента Франции, а несколько сот сирийцев — очень даже. Это цинично и ужасно, но для европейцев кровь разных людей имеет разную цену» — Ну как не было «таких сил на границе», если по официальным сообщениям, весной— летом 2014 года у восточных границ Украины были сосредоточены до 40 тысяч российских солдат? — Максимальная оценка численности российских войск на границе — примерно 50 тысяч человек в апреле 2014-го, в июле — 30 тысяч. Этих сил хватило бы максимум для оккупации Луганской и Донецкой областей, и то только в том случае, если все их население встречало бы оккупантов цветами, чепчиками и тортиками. Для сравнения: при вторжении в Грузию с населением около 4 миллионов человек в августе 2008 года Кремлю потребовалась группировка примерно в 100 тысяч человек. Население Донбасса — 7,5 миллиона человек, его территория — почти в четыре раза больше той, на которой шли военные действия во время российско-грузинской войны. Так что 30, 40 или 50 тысяч военных на границе с Украиной для крупномасштабного вторжения — это блеф. Если бы Путин планировал полномасштабное вторжение в Украину с оккупацией, например, Правобережной Украины, то он вынужден был бы сосредоточить на границе группировку минимум в 800—900 тысяч человек. Ни таких, ни сколько-нибудь сопоставимых сил у Путина не было. Стоит также вспомнить официальные заявления Кремля летом 2014-го, до операции в Иловайске. Путин все время просил, уговаривал, требовал, умолял Порошенко и западных лидеров, чтобы было заключено перемирие. Тогда он хотел только одного — чтобы украинские войска прекратили наступление на «ДНР» и «ЛНР». — Вроде вы четко и логично аргументируете, но все равно не могу понять: почему целью спецоперации был не российский пассажирский самолет? С точки зрения Кремля это было бы идеально: «украинская хунта» убила ни в чем не повинных граждан РФ… — Тогда с точки зрения Кремля цель операции не была бы достигнута. Сбит российский самолет, погибли, допустим, 300 российских граждан — и какой смысл? Никакого. Украинское наступление продолжается, как ни в чем не бывало. Кто в этом случае будет оказывать давление на Киев и заставлять его прервать наступление сил АТО? — То есть с точки зрения Кремля, нужна была гибель именно европейцев? — Извините за этот циничный подход, но это не мой циничный подход. Если бы был сбит российский, украинский, любой другой рейс из стран СНГ, Европу это, по большому счету, не сильно озаботило бы. Вот за три года войны в Украине погибли свыше 10 тысяч человек. И как на это реагирует Европа? Реагирует, но вяло. А как Европа отреагировала на гибель 298 пассажиров рейса, вылетевшего из Амстердама? Как отреагировала Европа на бомбежки российской авиацией сирийского Алеппо, когда там погибли несколько сот человек? — Встала на дыбы. — Бывший французский президент Олланд тут же назвал Путина военным преступником. То есть 10 тысяч убитых украинцев не взволновали президента Франции, а несколько сот сирийцев — очень даже. Это цинично и ужасно, но для европейцев кровь разных людей имеет разную цену. — И сирийская кровь для лидера Франции более важна, потому что?.. — …Сирия вместе с Ливаном была подмандатной территорией Франции. Еще со времен крестоносцев она имеет с Францией особые исторические, культурные и языковые связи. Гибель украинцев, россиян, представителей других национальностей бывшего СССР Европу трогает меньше, чем гибель своих граждан или жителей бывших колоний. Зная психологию европейцев, Путин рассчитал, что гибель нескольких сот их сограждан вызовет такой шок у лидеров ЕС, что те немедленно потребуют от Порошенко остановить наступление сил АТО. «Увы, СБУ и украинское руководство не воспользовались фантастическим результатом и не стали демонстрировать всему миру, что Кремль хотел сбить именно малайзийский Boeing с европейцами на борту» — Есть одно «но» в вашей версии о спланированной операции по уничтожению именно малайзийского Boeing. Кремль не мог не понимать: начнется дотошное международное расследование, в ходе которого может выясниться, что «Бук» привезли из России вместе с российским военным экипажем. Значит, он должен был серьезно подстраховаться. Но, судя по докладам международной комиссии, Кремль в чем-то прокололся. В чем? — Проколов было несколько. Крупнейший из них произошел 17 июля и стал известным на следующее утро после трагедии. До этого все шло строго по кремлевскому сценарию операции прикрытия: Гиркин опубликовал пост о том, что «птичку сбили», канал LifeNews тут же сообщил, что «ополчение» сбило украинский военно-транспортный самолет, Юля Латынина оперативно начала раскручивать версию № 1 — «Обезьяна с гранатой». Но тут произошел сбой — из-за СБУ. Именно это стало решающим в раскрытии преступления Кремля. — И что конкретно сделала СБУ? — Возможно, многие граждане до сих пор оставались бы в полной уверенности, что пассажирский авиалайнер сбили сепаратисты, причем сбили случайно. Но утром 18 июля 2014 года СБУ обнародовала телефонные переговоры между российским ГРУшником «Хмурым"-Петровским-Дубинским и боевиком с позывным «Бурят». В перехвате «Хмурый» спрашивает: «Она своим ходом пришла?» — а «Бурят» отвечает: «Сама перешла через полоску». «Перешла через полоску» означает, что ЗРК «Бук-М1» перешел через российско-украинскую границу. «Хмурый» усугубил картину, переспросив: «С экипажем?» — «Да-да, с экипажем», — ответил его собеседник. Этот перехват похоронил дезинформационную версию прикрытия, будто бы «Бук» был или местным, или же захваченным у украинцев, который боевики смогли отремонтировать, снабдить местным экипажем и из него стрелять. Обнародованный перехват переговоров «Хмурого» с «Бурятом» порвал в клочья спецоперацию, которую Кремль так тщательно готовил. Увы, СБУ и украинское руководство не воспользовались этим своим фантастическим результатом и не стали демонстрировать и Западу, и всему миру, что Кремль хотел сбить именно малайзийский Boeing с европейцами на борту. Вместо этого они придумали нелепую, не имеющую никакого отношения к действительности, версию, будто бы экипаж «Бука» перепутал село Первомайское с пгт Первомайский. — Последний вопрос: почему вам так важно доказать, что целью Кремля был именно малайзийский Boeing? Какая, в сущности, разница, случайно или нет ракета попала в борт, если факт остается фактом: погибли 298 человек, 83 из которых — дети? — Во-первых, правда — это правда, а вымысел — это вымысел. Во-вторых, правда помогает понимать логику террористов. И тем самым точнее прогнозировать их следующие действия. Следовательно, в принципе, это может помочь спасти жизни людей в будущем. В-третьих, наказание виновников преступления должно проходить по правильной статье — не за убийство по ошибке или неосторожности, а за международный терроризм. Источник
Добавил: Alter Idea Дата: 2017-08-15 Раздел: Блог-пост