Меню

Жертвы мировой моды

Кого рассматривать как жертву: «носителей» моды или ее производителей? Какие опасности мода и модное поведение таит в наши дни?  [caption class="center"]Элисон Мэтьюc Дейвид Элисон Мэтьюc Дейвид[/caption] Элисон Мэтьюc Дейвид,доцент Школы моды в Торонто, историк моды, куратор. Организовала выставку «Fashion Victims: The Pleasures & Perils of Dress in the 19th Century» в Музее обуви Бата.

Автор книги «Жертвы моды: опасная одежда прошлого и наших дней» (М.: НЛО, 2017, серия Библиотека журнала «Теория моды»).

Элисон исследовала моду как то, что может угрожать здоровью. В течение 10 лет она собирала факты, поднимала архивные данные и находила далеко не всегда видимые взаимосвязи того, какое влияние одежда оказывала на состояние здоровья тех, кто ее изготовлял, и тех, кто ее носил. Книга, охватывающая историю XIX-XX вв., подводит итог ее исследованиям и заставляет задуматься о природе случайностей, человеческих страстей и желании красиво одеваться.

Книга Э.М. Дэйвид начинается с отсылки к известному тексту итальянского поэта-романтика Джакомо Леопарди «Разговор моды и смерти» (1824). Этот тест всегда приводят в пример быстротечности и капризности моды. Однако Элисон приводит этот разговор совершенно по другой причине. Она говорит о том, что часто модные тенденции связаны с угрозой смерти. И раньше это касалось не только «носителей» одежды, но и ее производителей. Хороший пример: Шляпник из «Алисы в Стране чудес». — Льюис Кэрролл ничего не изобретал. Правда в том, что процессе создания шляп мастера контактировали с соединениями ртути, что в конечном итоге влияло на их организм и психоэмоциональное состояние. Такова реальность XIX века.

Отдельная глава книги посвящена тому, как люди оказываются пойманными различными механизмами или за что-то цепляются. Хрестоматийный пример — Айседора Дункан, чей шарф попал в ось колеса автомобиля. Или, например, сотни работниц, приходили на работу в пышных юбках с модными кринолинами. К счастью, потом заботливый владелец одной из фабрик написал специальное распоряжение, чтобы девицы воздерживались от ношения смертельно опасных мод на работе.

Элисон рассказывает про балерин, которые становились жертвами своего профессионального облачения: балетные пачки очень хорошо горели. В то время существовали пачки из негорючих материалов, но они были не такими эффектными — не такими воздушными и прозрачными.

Балерины говорили: «Ну, сгоришь ты один раз, а танцевать вот в этом придется всю жизнь».

Но вернемся к ртути. Релевантны ли эти примеры современным медицинским знаниям?

Релевантны. Но важно понимать, что такие очевидные вещи как воздействие ртути, которая делает вас недостаточно вменяемым, вызывает боли в животе, делает зубы черными и ухудшает работу почек, не входили в сферу внимания врачей XIX века. Для того, чтобы медицина чем-то заинтересовалась — особенно медицина того времени — должен был быть материально подкрепленный запрос. И если медицинские проблемы состоятельного человека априори интересовали медика, то для того, чтобы понять, что все шляпники сходят с ума, или все кожевенники испытывают проблемы с почками и так далее, кто-то предварительно должен прийти и заплатить врачу.

Ситуация изменилась только после того, как производство из кустарного стало фабричным , т.е. появился капиталист, который был готов финансировать поддержание здоровья высококвалифицированных работников. Так появилась гигиена труда.

Вторая половина XIX века — это период, когда потребление стало чудовищно демонстративным. Долгий период относительно мирного времени привел в тому, что накапливались большие капиталы и удешевлялось производство. Появилось много вещей, которые формально могли позволить люди с небольшим достатком, однако это выгрызало из их бюджета огромные суммы. Мы продолжаем жить в сформированном тогда мире. Есть тип люксового потребления, когда люди отдают за люксовые вещи 80% своей заработной платы. Однако в те времена считалось, что ситуация, когда служанку нельзя отличить от госпожи, губительна для морали. Сейчас даже у самых люксовых брендов очевидна демократизация стиля и фасонов.

В обсессивно-компульсивном романе Золя «Дамское счастье» совершенно блистательно проявляется пристрастие автора к материальной стороне мира. Там есть дама, которая разоряет своего мужа, доходит до воровства, ареста и позора. Золя разными способами винит создателя этого магазина.

Он говорит о магазине как о ловушке, которая призвана заманивать и разорять женщин и их семьи. Это и есть задача нового чудовищного типа капиталиста.

В отличие от семейной лавочки, владелец которой знал тебя, записывал в долг, помогал выживать и многое другое.

Если же говорить о здоровье, то медицина тоже оказывается модной или немодной. Поскольку запрос на нее формируется чаще всего тем же модным обеспеченным классом. Существуют модные и немодные заболевания, существуют модные и немодные методы их лечения – они изживают себя или наоборот доказывают эффективность и становятся стандартными.

Источник

Добавил: Alter Idea Дата: 2017-11-30 Раздел: Дресс-код