Меню

Когда мы говорим о ДНР, вспоминаем и КНДР

Сегодня так называемое ДНР празднует свое 4-летие. Юбилей, конечно, так себе, но за прошедшее с момента захвата местных отделений СБУ и МВД Украина сделала определенные выводы. Прежде всего – ни один правитель не может получить всю полноту власти, он всегда будет находиться под непрерывным общественным давлением, которое заставит действовать в рамках логики институционального правления. ДНР alter idea Любые сценарии возникновения персоналистского режима исчерпали. Правда, и до этого они были маловероятны: вспомним кучмовский референдум и попытку разгона Рады под руководством тогда еще вице-спикера Виктора Медведчука. Тем не менее тогда все утряслась, а новейшие телодвижения Виктора Януковича в этом направлении обернулись Революцией Достоинства и бегством президента в Россию. Иначе говоря, Украина не воспринимает монарший тип политической легитимации. Подобный сценарий проходит в России, но не здесь, где в качестве «сдерживающих» институтов всегда были местный приход, «батюшка» и общие интересы местной громады, несколько хуторов и… межклановая конкуренция на региональном уровне. Украинский парадокс состоит в том, что пока в не-до-сформировавшемся государстве классические буржуазные институты, такие, как парламент, правительство, суды не работают стабильно, их место в политической системе подменяют местные активисты, инициативы и лидеры общественного мнения. Хуторское сознание, превращенное россиянами в скоморошный цирк, на самом деле выявилось реальным и успешно действующим инструментарием рождения политического. Другое дело, что пока не произошло универсализации интересов на уровне всего общества, но это, как говорится, вопрос времени. Если продолжится война (в политическом смысле существование чего-то наподобие ДНР) и будут регулярно проводиться выборы, то и общество сможет с каждым электоральным циклом более внятно формировать собственную повестку для политиков. Последние, как раз вследствие отсутствие монаршей легитимности, от требований общества уже не отмахнуться. Проблема состоит в том, что подобная консолидация от противного предполагает два взаимоисключающих процесса. Война, тем более имперская, заставляет мыслить по-иному, так как становится понятно, что единственным ответом на гибридную активность России может быть только институционализация, то есть создание структур, обеспечивающих принятие политических решений вне зависимости от воли ограниченного количества лиц. С другой стороны, интегрировать Крым и Донбасс назад в украинское пространство придется на непринятных для самой Украины условиях. Искаженная войной и пропагандой ментальность местного населения – серьезное препятствие для ретрансформации в гражданское общество. К тому же навязанное «культурное» восприятие Украины обесценивает ее политическую значимость. Придется доказывать не только востребованность общих социокультурных практик, но и правовых норм общего политического пространства. Это очень сложно, особенно когда сами правила на «большой Украине» пока не выработаны и не концептуализированы. Еще одна проблема – «живучесть» таких проектов, как ДНР. Вспомним КНДР – советский проект, созданный еще в 50-х годах на Корейском полуострове. По сути, тот же сценарий с аналогичными процессами, что и в 2014-2018 годах. А Северная Корея существует до сих пор. И нам, к сожалению, необходимо учитывать. В противном случае «украинское болото» продлиться бесконечно долго.
Добавил: Alter Idea Дата: 2018-04-07 Раздел: Блог-пост